— Твоя Хавронья дама голландская, морозоустойчивая, будет приносить по пятнадцать поросят, что дорогого стоит. Это я, Полина, понимаю. Но ведь и у моего Борьки приличная родословная. Ихненное потомство запросто дипломы на выставках получит, следовательно, на любом мясокомбинате другое отношение, мясо закупают вне очереди и цена приличная. На рестораны и кафе будем работать.

Тетке Полине и высказанное уважение, и коммерческое предложение понравились.

Сговорились «соорудить» случку в ближайшие дни, то есть завтра, ближе к обеду.

Садясь в машину, я услышала перезвон телефона.

— Алло. — Одной рукой я взяла телефон, другой достала косметичку.

— Манька! — рявкнул в трубку голос брата. — Ты охренела? Ты почему не звонила? Я думал, ты телефон потеряла, так и… блин с ним, но почему не звонишь?

— Толя, милый, прости, отключила вечером телефон и забыла. — Засунув трубку в «гнездо» на передней панели, я красила глаза. — Так устала вечером, так устала. Сняла номер в гостинице, объелась вкуснейшим ужином и уснула.

— Объелась? — Толик помолчал. Он у меня ростом метр семьдесят два и столько же в плечах. Качает железо и очень следит за диетой, считая, что лучше переесть, чем недоесть. — Тогда понятно. Отобрала товар?

— Уже еду оплачивать. — Я подкрасила губы. — Подъезжаю к банку. Как самочувствие, как дела в магазине?

— Осталось два обогревателя и так, по мелочи.

— Не боись. — Я завела мотор и осторожно вырулила с платной стоянки. — Товар обещали загрузить сегодня же. Как там Кирилл и Данила?

— Мы все тут вкалываем… — Толик отвлекся. — Тот обогреватель мощнее и разница всего в пятьдесят рублей, идите оплачивайте, а то и его заберут… Алло, Маня! Мы все, мужики, тут, в магазине! Я, Кирилл, Даник и Ривз. В доме холодно. Ты подумала насчет домработницы?

— Конечно. — Я положила косметичку в бардачок. — Только об этом и думаю. Толик, из деревни к нам никакая работница не наездится, из дачного поселка никто не пойдет, там люди богатые. То есть нужно брать работницу на проживание. А если я с ней не уживусь?